Неточные совпадения
— Он — дурак, но хочет играть большую роль, вот что, по-моему, — довольно спокойно сказала Татьяна. —
Варя, дайте чашку крепкого
чая Любаше, и я прогоню ее домой, она нездорова.
— Не обижай Алешку, — просила она Любашу и без паузы, тем же тоном — брату: — Прекрати фокусы! Налейте крепкого,
Варя! — сказала она, отодвигая от себя недопитую чашку
чая. Клим подозревал, что все это говорится ею без нужды и что она, должно быть, очень избалована, капризна, зла. Сидя рядом с ним, заглядывая в лицо его, она спрашивала...
Но я — русский человек и принадлежу к огромному числу потребителей, населяющих пространство от Кяхты до Финского залива, — я за пекое: будем пить не с цветами, а цветочный
чай и подождем, пока англичане выработают свое чутье и вкус до способности наслаждаться
чаем pekoe flower, и притом заваривать, а не
варить его, по своему обыкновению, как капусту.
На другой день чуть свет мы все были уже на ногах. Ночью наши лошади, не найдя корма на корейских пашнях, ушли к горам на отаву. Пока их разыскивали, артельщик приготовил
чай и
сварил кашу. Когда стрелки вернулись с конями, я успел закончить свои работы. В 8 часов утра мы выступили в путь.
Он
варил какую-нибудь кашу, грел
чай и, когда завтрак был готов, будил остальных людей.
— Ну, зато, Олеша, на привале, на отдыхе, летним вечером в Жигулях, где-нибудь, под зеленой горой, поразложим, бывалоче, костры — кашицу
варить, да как заведет горевой бурлак сердечную песню, да как вступится, грянет вся артель, — аж мороз по коже дернет, и будто Волга вся быстрей пойдет, — так бы,
чай, конем и встала на дыбы, до самых облаков!
Вечером мы отпраздновали переход через Сихотэ-Алинь. На ужин были поданы дикушки, потом
сварили шоколад, пили
чай с ромом, а перед сном я рассказал стрелкам одну из страшных повестей Гоголя.
Правда, она умела
сварить жирные щи, такие густые, что в них ложка стояла торчком, приготовить огромные, неуклюжие, бесформенные котлеты и довольно быстро освоилась под руководством Лихонина с великим искусством заваривания
чая (в семьдесят пять копеек фунт), но дальше этого она не шла, потому что, вероятно, каждому искусству и для каждого человека есть свои крайние пределы, которых никак не переступишь.
Мы напились
чаю и поели супу из курицы, который
сварил нам повар.
Вон Матвей Матвеич вышел из дому, с толстой палкой, в шестом часу вечера, и всякому известно, что он идет делать вечерний моцион, что у него без того желудок не
варит и что он остановится непременно у окна старого советника, который, также известно, пьет в это время
чай.
— Это так; но ведь и кабатчики нынче стараются действовать «по-благородному». Сидят в тени,
чай пьют, варенье
варят, да тут же между отдыхом и мужичков обсчитывают.
Она не топила печь, не
варила себе обед и не пила
чая, только поздно вечером съела кусок хлеба. И когда легла спать — ей думалось, что никогда еще жизнь ее не была такой одинокой, голой. За последние годы она привыкла жить в постоянном ожидании чего-то важного, доброго. Вокруг нее шумно и бодро вертелась молодежь, и всегда перед нею стояло серьезное лицо сына, творца этой тревожной, но хорошей жизни. А вот нет его, и — ничего нет.
На рассвете выл фабричный гудок, сын и Андрей наскоро пили
чай, закусывали и уходили, оставляя матери десяток поручений. И целый день она кружилась, как белка в колесе,
варила обед,
варила лиловый студень для прокламаций и клей для них, приходили какие-то люди, совали записки для передачи Павлу и исчезали, заражая ее своим возбуждением.
Однако ж дело кое-как устроилось. Поймали разом двух куриц, выпросили у протопопа кастрюлю и, вместо плиты, под навесом на кирпичиках
сварили суп. Мало того: хозяин добыл где-то связку окаменелых баранок и крохотный засушенный лимон к
чаю. Мы опасались, что вся Корчева сойдется смотреть, как имущие классы суп из курицы едят, и, чего доброго, произойдет еще революция; однако бог миловал. Поевши, все ободрились и почувствовали прилив любознательности.
В юрте ярко горел огонь, распространяя свет и тепло. Жена Маха тотчас принялась
варить ужин, а мы согрели
чай и с аппетитом взялись за сухари. После ужина удэхеец расстелил нам медвежья шкуры. Мы разулись и легли на них с величайшим удовольствием. Я пил
чай и слушал, как пурга бушует снаружи.
Пирожков тут же набросал текст письма. В десятом часу собирались жильцы пить
чай. Дениза Яковлевна прилегла на постель. Ее душило. Она не могла справиться с волнением. Да и как же ей самой просить пансионеров.
Чай разольет
Варя.
—
Чаю вам, барин, или кофею? — спросила
Варя, почувствовав к нему большое сожаление.
Но генеральша отклонила матушкино хлебосольство, объяснив, все в том же неприступном тоне, что она разогретого не кушает и
чаю не пьет, что для нее сейчас
сварят кофе в ее кофейнике, а пока… она в это время обратилась к Петру Ивановичу и сказала...
«Сидел я у крыльца на лавочке, когда Петр Яковлевич с трубкою в руках прошли мимо меня после утреннего
чаю; но миновав дом по садовой дорожке, вернулись назад и, подавая мне докуренную трубку, сказали: «Отнеси в дом», а сами вслед затем пошли в сад. Я уже успел
сварить целый таз вишен и накрыл варенье ситом от мух, как идет буфетчик Иван Палочкин и говорит...
Вместе мы пили
чай,
варили кашу или по целым часам сидели молча, ожидая, не утихнет ли дождь.
Влас (являясь из кабинета).
Варя! В этом доме будут пить
чай?
Калерия (садясь за стол). Вы ничего не понимаете!
Варя, налей мне
чаю… Никто не был у нас?
Споры всякий раз за
чаем и за обедом начинала
Варя.
Сел старик в лодку, уехал, а мы ушли подальше в падь,
чай вскипятили,
сварили уху, раздуванили припасы и распрощались — старика-то послушались.
Они с ней
сварят хорошую уху, выпьют водки, поваляются на песке, разговаривая и любовно балуясь, потом, когда стемнеет, вскипятят чайник
чая, напьются со вкусными баранками и лягут спать…
—
Чай налит! — объявила Елизавета Сергеевна. — Тебе придётся поплатиться за эту выходку,
Варя… Ты думаешь об этом?
По случаю праздника купили в трактире селедку и
варили похлебку из селедочной головки. В полдень все сели пить
чай и пили его долго, до пота, и, казалось, распухли от
чая, и уже после этого стали есть похлебку, все из одного горшка. А селедку бабка спрятала.
Чай станем
варить — вместе сойдемся.
— Да, это правда. Впрочем, я большого не думаю: подать сперва
чай, потом
сварю жженку, а тут можно подать мороженое и какие-нибудь фрукты.
Пойду к ручью, водицы в котелок возьму да сучьев натаскаю: завтра пораньше
чай варить.
Мы напились
чаю, потом
сварили в том же чайнике похлебку из убитого Костей рябчика и вообще блаженствовали. Жар свалил, и начиналась лучшая часть горного дня. Отдохнув, мы отправились опять на шихан, с которого открывался чудный вид на десятки верст. Вообще время провели очень недурно и вернулись к балагану только в сумерки, когда начала падать роса. Горные ночи холодные, и мы решили спать в балагане. Постель была устроена из горного иван-чая, который достигает высоты человеческого роста.
— Куда девается? — ответил Фрол. — Тоже где-нибудь
чай варит на том берегу… Варнак проклятой!..
— В тайге встречал,
чай варили… Этот Иван — умнай, беда! Говорит: царю помогал, деньги делал. Не знаю — правда, не знаю — хвастает… В остроге много сидел.